Хабаровск город для жизни.

Хабаровский край экономика и инвестиционный климат

«Мы приветствуем энергоемкие производства» // Денис Грось о том, как промпарк в Хабаровске становится частью новой политики развития Дальнего Востока

Индустриальный парк «Авангард» вошел как одна из площадок в территорию опережающего развития «Хабаровск» и уже привлек одного реального инвестора — совместное российско-японское предприятие JGC Evergreen, которое строит тепличный комплекс. Как будет развиваться проект, который стал одним из стартовых для ТОР, рассказывает исполнительный директор и совладелец промпарка Денис Грось.

— Ваш индустриальный парк «Авангард» вошел в качестве одной из площадок в территорию опережающего развития «Хабаровск». Зачем?

— Идея у промпарка и ТОР одна и та же: создать инвестиционную площадку, обеспеченную инфраструктурой, куда максимально просто может зайти инвестор. От промпарка ТОР отличается наличием различных преференций — это эволюция идеи индустриальных парков, не случайно концепцию ТОР ее авторы называют «Индустриальный парк. Версия 2.0». Поэтому когда нам выпала возможность превратить наш проект в часть территории опережающего развития, мы сразу за нее ухватились. 

— Конкурировать с ТОР было бы бессмысленно?

— У нас был лишь один вариант: наполнить индустриальный парк резидентами до того, как будет создана ТОР. Но в итоге решили, что войти в состав будет наиболее оптимально, тем более, есть возможность получения статуса резидента для самой управляющей компании «Авангарда». 

— Уже сейчас можно понять, что для бизнеса как потребителя «продукта» выгоднее и проще — войти в промпарк или в ТОР?

— Практика покажет. По процедуре входа, безусловно, выгоднее и проще ТОР. Плюс ТОР для резидента интересна тем, что по умолчанию плата за вход на территорию с резидента не взимается.

— В индустриальном парке — наоборот?

— Конечно, у нас частный индустриальный парк, плата обязательна. Берешь гектар земли — получаешь подведение к границам участка всех инженерных сетей и дорог, но и платишь пропорционально площади и ее наполнению. 

— А в «Авангарде» какие-то дополнительные ограничения по вхождению бизнеса есть?

— Только одно — наличие свободных участков. В составе парка 47 га земли. 17 из них займет проект JGC Evergreen по созданию современного тепличного комплекса — там уже начались строительные работы. Около 5-7 га — это инфраструктура: дороги, сети, энергоцентр, очистные скважины. Еще на 10 га у нас уже есть точные планы — создание центра распределения грузов. Остается 10-15 га. В среднем компании просят около 2 га, значит, парк сможет вместить еще от 7 до 15 резидентов.

— Перспектива расширения площадки есть? 

— К сожалению, сейчас она ограничена физическими препятствиями. С одной стороны — аэродром, с другой — участок застройки под жилье для многодетных семей, с третьей — речка Черная, которая, как выяснилось, еще и очень ценный природный объект. У нас, конечно, есть одна идея: завести реку в набережную из бетона. В мировой практике это вполне допустимо: в Японии, например, мы видели вокруг промпарка стадионы, настоящий парк на несколько гектаров с цветущей сакурой и прудом. Да, там внутри заводы, но если заранее не знать, ни за что не догадаешься. И мы думаем, почему бы и нам не сделать так.

— Но это, наверное, дорого?

— Вложения, конечно, немалые. Но если это будет условием расширения, то это единственная перспектива. А если не расширяться дальше, то вскоре проект «Авангарда» можно считать реализованным, а для нас это его завершение. 

— С четвертой стороны парк ограждают подъездные пути — улица Донская с грунтовым покрытием. Ее реконструировать будут? 

— В этом году мы сделаем за свой счет подъезд к ней с запада, от улицы Промывочной. Улицу Донскую включили в состав инфраструктуры, которую должно выстроить для ТОР государство. Мы выполняем проектные работы, а приведут ее в порядок, уложат асфальт уже за счет бюджетов. Работы начнутся в этом году и завершатся в 2016-м. В следующем году мы планируем также сделать подъезд с улицы Целинная, это уже с юга. Сейчас в этом месте ничего нет, только поля. Участок всего в 500 м длиной позволит увести весь наш основной грузопоток с тяжелыми машинами от жилых микрорайонов: он выйдет на улицу Новая, где сейчас находится промзона. Далее транспорт может мимо еще одной площадки ТОР в Ракитном уходить во Владивосток или Комсомольск-на-Амуре. 

— Куда двигаться с дорожной инфраструктурой, ясно. Еще какие-то нерешенные вопросы остались?

— Осталось четко определиться с одним: что мы будем делать с когенерацией. Или мы реализуем ее сами, или в сотрудничестве с партнером, или подключаемся к централизованному электроснабжению от «Дальневосточной распределительной сетевой компании» (ДРСК). 

— Варианты сильно отличаются друг от друга по себестоимости? 

— Дело не в этом. Вложения в вариант с ДРСК — около 400 млн рублей, в проект когенерации — около $10 млн. Второй вариант дороже, но инвестиции распределены на более долгий период: мы сможем покупать блоки по 2 МВт по мере возникновения потребности в энергии. Кроме того, вкладываться в оборудование может наш партнер, с которым мы прорабатываем вопрос. И это способ заработка для индустриального парка: сжигаем газ, производим сами тепло и электричество, продаем. В варианте с централизованным энергоснабжением можно, конечно, попытаться получить статус сбытовой компании, такие случаи в России есть. Но это сложнее.

— Выходит, склоняетесь все-таки к развитию когенерации?

— Да, и потенциальному партнеру это интересно. Первый объект, теплицы JGC Evergreen — это потребитель не только электрической, но и тепловой энергии. Когенерационные установки производят по 45% той и другой, и в себестоимость выработки обычно закладывается только электроэнергия, а тепло идет как вспомогательный продукт. Но если его есть куда утилизировать, а в нашем случае потребитель как раз есть, то это только плюс. 

— Резиденты, которые будут появляться у парка в дальнейшем, тоже смогут ориентироваться на то, что есть хорошие мощности по теплу?

— Мы приветствуем энергоемкие производства, например, пекарни хорошо подходят нашему промпарку по характеру своего производства. А сфера производства продуктов питания — одна из самых перспективных на Дальнем Востоке. У нас рядом огромные по емкости рынки Азии. Уровень потребления и качество жизни там растут, и эти страны неизбежно придут к тому, что экологически чистые продукты им нужны. А это как раз то, что можно выпускать под брендом made in Russia.

— Восточный экономический форум — нужное мероприятие?

— Задумка, конечно, впечатляет размахом — форум может стать в один ряд с Санкт-Петербургским экономическим форумом. А я по рассказам партнеров и друзей знаю, насколько им полезен ПМЭФ как переговорная площадка, место по поиску новых проектов и контактов. От ВЭФ я жду, честно говоря, того же. 

— Самое главное для бизнеса в этом формате — возможность встречаться, сверять позицию?

— Это должен быть комплексный эффект. Основной результат — взаимодействие с единомышленниками, с которыми в других условиях, возможно, и познакомиться бы не получилось. Это возможность неформального общения и с властью, и с потенциальными партнерами и инвесторами. Тем более что на «Авангарде» наша жизнь не заканчивается, мы уже сейчас смотрим, куда двигаться дальше по направлению индустриальной недвижимости. А форум — это шанс найти новые проекты.