Новости компаний

Новости компаний

Анатолий Пак: Недропользователям надо задуматься об оптимизации затрат

ОГК Групп – консорциум, объединяющий в себе ведущие сервисные геологоразведочные предприятия РФ. О деятельности компании в прошлом году, а также о ситуации в геологоразведочной отрасли и перспективах на будущее рассказывает член Совета директоров ОГК Групп Анатолий Пак.

— Анатолий, какие итоги компания может подвести по 2013 году? Все ли планы были реализованы или часть перешла на текущий год?

— 2013 год, по сути, был годом становления ОГК Групп как холдинга, объединяющего в себе буровые компании. В течение прошлого года компанией вырабатывались принципы взаимодействия с «дочками», партнерами, заказчиками. Конечно, не все шло гладко, были и шероховатости. Например, мы первые, кто в геологоразведке на твердые полезные ископаемые (ТПИ) пытались внедрить институт супервайзинга, который давно присутствует у нефтяников и газовиков на каждом процессе разработки месторождения. К сожалению, такое новшество пока идет тяжело в силу непонимания людьми самой должности и обязанностей. В идеале, эти услуги должны предоставлять независимые компании, к сожалению, в настоящее время таковых нет в России.

 

— А что это за профессия?

— По сути, это человек, который контролирует производительность труда и предотвращает нерациональное использование тех или иных ресурсов. Это американское изобретение 70-х годов, которое дословно переводится как «контролер» или «надсмотрщик». Так как в нефтянке буровым компаниям платят не за метры, а за часы работы, то кто-то независимый должен контролировать подрядчиков на предмет намеренного или ненамеренного затягивания процесса бурения. Этим и занимается специализированная компания, которая предоставляет услуги супервайзинга. У нас платят за метры, но наша экономия складывается из соотношения наименьшего времени на выполнение работ к  наибольшему объему выполненных работ и разумного расходования бурового инструмента, ГСМ. Одной из задач супервайзера в нашем деле и является контроль над недопущением непроизводительного времени в процессе выполнения работ. Это человек, который должен видеть, как и где можно сэкономить, и успешно внедрять свой опыт в процесс производства. Поясню на распространенном примере, с этим сталкиваются почти все сервисные компании: сломался станок, бурение не ведется, а вспомогательная техника молотит ГСМ. Для чего? Почему бы не загнать ее в гараж, заглушить двигатели и провести обслуживание техники на время ремонта буровой установки? Если появится компания, предоставляющая подобные услуги в бурении на твердые ископаемые, то мы будем первыми в списке ее клиентов.

 

— Какие задачи компания ставит на 2014 год?

— Несомненно, это увеличение объемов бурения и снижение себестоимости и, как следствие, увеличение капитализации, а это рост зарплаты сотрудников, дополнительные налоговые отчисления, возможные дополнительные рабочие места. Хотя начало года нельзя назвать продуктивным с точки зрения обеспеченности заказами. Падение цен на металлы дало о себе знать – многие недропользователи заморозили программы геологоразведки, что, естественно, негативно отразилось и на нас. Сейчас мы наблюдаем рост цен на золото и вместе с тем рост курсов основных валют. Это позитивно для недропользователей, так как при нынешнем курсе доллара цена золота, в рублевом эквиваленте, практически приблизилась к 45-46 тыс. руб. за унцию, что, возможно, позволит заказчикам вернуться к проведению геологоразведочных работ. Однако при этом позитиве наша себестоимость несомненно увеличится за счет того, что основные расходные материалы для бурения закупаются у иностранных производителей за доллары и евро. Надеюсь, наши заказчики адекватно расценят возможное увеличение стоимости метра, хотя это всегда неприятно, и мы постараемся удержать цены на том же уровне, что и раньше.

 

— Вы упомянули падение цен на металлы. Думаете, это надолго?

— Поживем – увидим. Я считаю, что это хороший повод для недропользователей задуматься о снижении себестоимости производства за счет оптимизации собственных затрат. Ведь немногим раньше цены на то же золото были на уровне 1000$ за унцию и меньше. Конечно, выросли зарплаты, цена на ГСМ, тарифы перевозчиков и т.д. Но за это время вырос и штат компаний-недропользователей. То, что мог выполнять один человек, сейчас выполняют пять. Причем эти пять не в поле, а в офисе. По моему мнению, нужно оптимизировать рабочие процессы, сокращая дублирующий персонал и снижая издержки, связанные с человеческим фактором, а проще говоря – ошибки. У нас был заказчик, который весь сезон складировал руду и не успел послать ее на «кучу». В итоге зима, огромный склад породы, а денег на счетах ноль. Ни с нами расплатиться, ни с сотрудниками, ни с акционерами. Такие менеджерские ошибки порой сильно бьют по карману компании и увеличивают себестоимость продукции.  Или, допустим, можно было завезти ГСМ по зимнику, но закрутились, поздно провели тендер, поздно приняли решение и т.д. В итоге зимник «упал», завозят вертолетами или «Витязями», у которых расход больше, чем он может довезти. На таких вот ошибках денег тратится больше, чем на мелком воровстве.

 

— В конце 2013 года вы приобрели ООО «Хабаровское геологоразведочное предприятие» у компании «Полиметалл». Почему выбор пал на эту компанию?

— Это предприятие отвечает нашим требованиям по многим параметрам. Более того, благодаря тому что оно находилось в составе «Полиметалла», мы имеем возможность перенять опыт нашего заказчика в части охраны труда и техники безопасности, стандартов предоставления отчетности и др. Плюс отличный, слаженный коллектив, способный решать широкий круг задач. Кстати, возвращаясь к теме сокращения объемов ГРР, хочу отметить, что компания «Полиметалл», по нашим оценкам, в сложных для недропользователей экономических условиях не прекращает проведение работ. Руководство холдинга четко понимает важность геологоразведки и осознает, что ее отсутствие может привести к резкому истощению минерально-сырьевой базы «на выходе». Мы имеем живой недавний пример с компанией «Уралалмаз», которая в свое время, махнув рукой на важность разведки, в конечном итоге полностью выработала месторождение и обанкротилась, не имея понимания, где добывать дальше.

 

— А как цена на ваши услуги влияет на себестоимость добычи? Может быть, из-за их дороговизны недропользователи отказываются от ГРР?

— А как муха, попавшая в борщ, влияет на его вкус? Да никак не влияет, только создает неприятные эмоции и ощущение, что продукт испортился. Также и наши услуги, по сути, никак не влияют на себестоимость конечной продукции, а только лишь создают ощущение. Наши услуги – это капля в море. Основная себестоимость в производстве. В России сейчас рынок заказчика, а не подрядчика. Из-за возросшей конкуренции, а также желания поддержать партнеров-заказчиков в нелегкие для них времена наши цены сегодня находятся на уровне 2005-2006 года. Некоторые компании идут по утопичному пути, работая в минус, только для того чтобы сохранить коллектив. Мы могли бы давать цены еще ниже, если бы четко для себя понимали, что на этом конкретном месторождении мы работаем 2-3 года, и это подкреплялось бы контрактом с понятными объемами. Сейчас же все буровые компании напоминают некий цыганский табор – мечемся с одного месторождения на другое, не видя перспектив долгосрочного сотрудничества, потому что их не видят сами заказчики. Историй, когда начинаем бурить объект, а у заказчика денег только на первый месяц – куча. Отсюда и риски, которые выражаются в цене метра. Конечно, есть компании, у которых более-менее все по плану. Но это наши гиганты, которыми гордится вся страна, их у нас раз, два и обчелся. Для таких заказчиков мы готовы предложить ряд комплексных мер для решения поставленных задач и предоставить тарифы, направленные на долгосрочное сотрудничество. 

 

— Каковы задачи компании на 2015 год?

— В 2015 году мы ожидаем рост объемов буровых работ на территории Дальнего Востока и Восточной Сибири. По нашему мнению, это будет логичным ответом бизнеса на меры поддержки, оказываемые правительством данным территориям, на которых сконцентрирована большая часть ТПИ. В частности, с 2014 года, в т.ч. с целью стимулирования ГРР, вступили в силу изменения в налоговый кодекс, которые предусматривают льготы по ряду налогов, в т.ч. НДПИ, для ответственных недропользователей. Мы ожидаем для себя эффекта от таких мер поддержки, в том числе и в виде увеличения объемов бурения. Также мы рассматриваем приобретение еще нескольких буровых компаний, в т.ч. и в 2015 году.

 

— В одном из СМИ была статья про геологическую отрасль страны, в которой упоминалось, что ОГК Групп может в будущем войти в состав государственной Росгеологии. Какие планы у вас на этот счет?

— Думаю, что Роман Сергеевич Панов (Генеральный директор ОАО «Росгеология») был, как и я, удивлен этим. Хотя, возможно, у Росгеологии есть планы по покупке сервисных компаний «с рынка», но нам пока никаких предложений не поступало. Мы никогда не скрывали, что строим компанию для дальнейшего привлечения стратегического партнера путем продажи части доли. Но пока говорить об этом рано, мы наметили целый ряд последовательных действий для того, чтобы увеличить стоимость акций.

 

— И напоследок. Как вы относитесь к недропользователям с иностранным капиталом, разрабатывающим наши недра? Допустим, китайским.

— Положительно. Основная задача государства в разработке месторождений – это получение  налоговой отдачи и изучение собственных недр. Данную задачу государство выполняет независимо от национальности инвестора. Более того, в некоторых случаях я больше рад, когда месторождение берет иностранная компания, ведь, как правило, им достаются не самые «сладкие» участки недр, на которые наши инвесторы даже не смотрят из-за большого объема необходимых вложений и долгого срока окупаемости. А китайцы или канадцы, с их дешевыми деньгами и иным менталитетом, вкладываются в такие проекты. Например, месторождение Кунь-Манье в Амурской области. Это поисковая площадь – первый риск; стратегическое месторождение, потому что никель, – второй риск; отсутствие каких-либо дорог и инфраструктуры… То есть такой вот «оливье» из сплошных рисков. Наших инвесторов на такие проекты силком не затащишь, канадские же коллеги уже несколько лет вкладывают свои деньги в проведение поисково-оценочных работ там, а это сотни миллионов рублей. На выходе мы как минимум получим запасы, которые будут на госбалансе, а в перспективе и рабочие места, налоговые отчисления, развитие территории. Кому от этого плохо?

 

ОГК Групп - консорциум, объединяющий сервисные геологоразведочные предприятия РФ. Объединенная Геологоразведочная Компания выполняет любые сервисные услуги по геологическому изучению недр. Датой создания ЗАО «ОГК Групп» как юридического лица является 12 марта 2012 года. Однако предприятия, входящие в ее состав, ведут свою историю начиная с 90-х годов. Идея создания «ОГК Групп» родилась в 2012 году на совместном совещании представителей нескольких буровых компаний. В основу идеи легли опыт и примеры создания подобных структур в различных областях от авиаперевозчиков до производственных структур. В структуру Группы входят ООО «Торговый дом ОГК», ООО «ОГК Машинерия», ООО «Бурятгеологоразведка», ООО «Урангео-Бурение», ООО НПГФ «РЕГИС», ООО «Нижнеамурская Буровая Компания», ФГУГП «Урангео».




Еще новости: