ДФОбзор. Дальневосточное обозрение. События и люди 2012 года

ДФОбзор. Май 2014

| НЕДРА |

Рост без особых оснований

В условиях низких цен на золото и высоких издержек добывающие компании Дальнего Востока наращивают производство, чтобы компенсировать падение прибыли от продаж. Все это происходит на фоне оптимизации затрат и поиска новых, сравнительно дешевых и нетрудоемких активов. Потенциал роста в основном исчерпан, а для нового скачка условия не созданы, отмечают эксперты.

Наталка подождет

Закончить прошедший год с прибылью удалось не многим российским добытчикам золота. Одной из таких компаний была Polyus Gold, получившая $143 млн чистой прибыли. Но и это обстоятельство не было учтено в дивидендной политике — компания не будет выплачивать дивиденды. Средства нужны для развития — несмотря на перенос запуска Наталкинского месторождения на лето 2015 года, капзатраты держатся на высоком уровне. Сейчас перед компанией стоит задача повысить операционную эффективность проекта и сократить капитальные и эксплуатационные расходы, говорится в отчете. Запуск ГОКа запланирован на 2015 год. К концу года Polyus Gold ставит задачу добыть от 1,58 до 1,65 млн унций. В то же время, суммарные затраты компании на унцию золота стабильно растут. Если в среднем по прошлому году это $707 (годом раньше $697) — в основном за счет «дешево обходящихся» Благодатного и Олимпиады, то картина по отдельным активам выглядит гораздо более удручающей. На Куранахе, к примеру, затраты выросли с $993 до $1085 за унцию.

Освоение Наталкинского месторождения все-таки попало в список из пятнадцати инвестпроектов, которые претендуют на бюджетное финансирование в рамках дальневосточной ФЦП. Эти проекты обсуждались на правительственной комиссии, которую в апреле проводил в Хабаровске премьер-министр Дмитрий Медведев. По итогам заседания правкомиссии было объявлено, что на создание энергетической инфраструктуры для Наталки федеральный бюджет может выделить 5,5 млрд руб. Эти средства направят на строительство высоковольтной линии Усть-Омчуг—Омчак. Этой линией смогут пользоваться и другие горные предприятия Тенькинского района, в том числе рудник «Павлик», считает губернатор области Владимир Печеный. Добавим, что Российский фонд прямых инвестиций ведет переговоры с иностранными партнерами об инвестировании в Наталкинский проект, об этом, в частности, заявлял глава РФПИ Кирилл Дмитриев. По его словам, месторождением интересуются китайские компании.

В конце мая Standard & Poor’s пересмотрела прогноз по рейтингам Polyus Gold с позитивного на стабильный. «Мы по-прежнему считаем Наталкинское золоторудное месторождение важным активом... На данном этапе мы полагаем, что задержка в выполнении Наталкинского проекта не будет оказывать непосредственного влияния на профиль бизнес-рисков и финансовых рисков компании в ближайшее время. Мы полагаем, что положительные результаты, достигнутые „Полюс-Золото“ в 2013 году в приобретении оборудования, проведении вскрышных работ и подготовке персонала, свидетельствуют о том, что пересмотренный срок начала эксплуатации реалистичен. В нашем базовом сценарии мы предполагаем, что предприятие на Наталкинском месторождении начнет работу в начале 2016 года»,— говорится в сообщении Standard & Poor’s.

«Наталкинский проект был с самого начала нацелен предыдущим собственником на продажу. Он изначально был слишком сложным для разработки только собственными силами, имеет уникальный для мировой золотодобычи масштаб,  существенные трудности с логистикой, и заинтересованные в той продаже лица прекрасно понимали, что там придется работать с упорными рудами», - отмечает один из участников рынка. Поэтому новые собственники Polyus Gold в изменившихся экономических условиях вполне обоснованно пересматривают параметры проекта, его сроки, и понапрасну не торопятся реализовывать эти амбициозные и достаточно рискованные в нынешних условиях планы в одиночку.

 

Автоклавы пришлось подморозить

Petropavlovsk, чьи золотые активы сконцентрированы в Амурской области, активно сокращает расходы, чтобы снизить долговое бремя. Чистый долг на 1 апреля уже снизился на $37 млн к значению на конец прошлого года и составил $911 млн. Производственные издержки также снижаются, и если в прошлом году они в среднем составили $1000 за унцию, то за 2014 год их планируется снизить еще на 5%, до $950 за унцию. Стратегический план развития предполагает к 2019 году их снижение до $750 за унцию золота (в ценах 2013 года).

В прошлом году компания уже сократила CAPEX на 11%, до $237 млн. Дальнейшее снижение до $94 млн предусматривается в основном за счет сокращения на 68% расходов на развитие и обслуживание текущих проектов. В общей сумме на месторождениях Албын и Маломыр планируется сэкономить $60 млн. На 28%, до $34 млн, сократятся расходы на разведку. Основные усилия в этой сфере сконцентрируются на поддержании производства на существующих рудниках. Чистый долг предполагается довести до уровня $850 млн к концу 2014 года. После снижения цен на золото во втором квартале 2013 года Petropavlovsk принял решение замедлить темпы строительства автоклавного производства (POX).

График реализации проекта находится на рассмотрении совета директоров компании. На 2015 — 2019 годы группа прогнозирует среднегодовое производство порядка 600 тыс. унций, с некоторыми вариациями год к году. Совокупные затраты должны снизиться до $750 за унцию. Эти прогнозы базируются исключительно на добыче золота на существующих объектах, без запуска автоклавов в ближайшие пять лет. Причем компания исходит из прогнозной цены золота $1250-1300 за унцию. Для примера, цена реализации золота в первом квартале составила $1403 за унцию, включая хеджирование в объеме $108 за унцию.

В начале января генеральный директор Petropavlovsk Сергей Ермоленко заявлял, что компания активизировала работу по поиску и разведке легкообогатимых руд, которые позволяет перерабатывать существующая технология. При этом Petropavlovsk намерен продолжать строительство автоклава по мере поступления средств. «Как только ситуация с ценой начнет меняться, мы будем подготовлены. У нас создан запас упорных руд и практически построено новое перерабатывающее производство»,— утверждал он в интервью местным СМИ.

Компания Petropavlovsk была изначально сфокусирована на развитии своей сырьевой и производственной базы в Амурской области, что обеспечило компактность размещения основных активов, короткие плечи и рациональность коммуникаций. С другой стороны, внутри региона разброс дистанций между отдельными объектами компании все-таки довольно велик. При этом качество руд на нынешних объектах в регионе относительно невысокое, и пропорция неактивных запасов к активным (вовлеченным в отработку) год к году у компании росла. «То есть, отрабатывая запасы наилучших своих месторождений и оставаясь в основном в границах одного региона, предприятие постепенно замещало более легкообогатимые руды с более высокими средними содержаниями на более бедные руды, которые, к тому же, имели более высокую долю упорного сырья. Это вело к истощению их эффективной сырьевой базы, и отражалось на экономике и на динамике добычи. У ряда других компаний-лидеров золотодобычи тоже постепенно растет доля более бедного и более упорного сырья – но у них чаще есть маневр разными активами и возможность работать в условиях разного географического положения и инфраструктурного окружения, что часто оставляет маневр и в затратах», — об этом единогласно говорят эксперты и участники рынка.

Резкое снижение цен лишило компанию возможности быстро сманеврировать и найти одновременное решение нескольких проблем. В то же время, благодаря успешному хеджированию продаж золота удалось заметно смягчить многие негативные последствия спада. «Средняя цена продаж у Petropavlovsk’а в 2013 году была чуть не на треть выше, чем средняя цена по рынку. Компания была первой и пока остается единственной в России, кто воспользовался инструментом хеджирования так вовремя и в таком заметном масштабе. Тем более, что сейчас, при нынешних ценах, пытаться применять хедж уже поздно», — говорит член правления Союза золотопромышленников России Михаил Лесков.

 

Аппетит прошел после покупки

Наиболее стабильно, «без резких движений», развивается Polymetal. Как утверждают в «Полиметалле», с запуском Майского в апреле 2013 года все крупные инвестиционные проекты компании завершены. В 2014 году CAPEX ожидается на уровне $250 млн (в прошлом году — $319 млн). Предполагается, что в 2014 году операционные затраты составят $700-750

за унцию золотого эквивалента. Polymetal в первом квартале существенно нарастил производство в Дукатском хабе, а также на Омолоне. Амурский ГМК успешно завершил опытную переработку концентрата с месторождения Майское. При этом, учитывая особую упорность руды с ряда участков Майского, концентрат будет частично отгружаться сторонним покупателям, частично — перерабатываться на АГМК. Ожидается, что контракты на поставку концентрата будут подписаны в течение второго квартала. По состоянию на 31 марта 2014 года чистый долг оставался приблизительно на том же уровне, что и к концу 2013 года — $1,044 млн. Компания подтверждает годовые планы по производству 1,3 млн унций золотого эквивалента.

Несмотря на отсутствие крупных проектов, Polymetal продолжает как увеличивать минерально-сырьевую базу на существующих объектах (обновленная оценка Албазино по JORC будет обнародована в конце года), так и готовить к вводу ранее отложенные активы. В мае Polymetal объявил о завершении аудита на месторождении золота Светлое в Хабаровском крае с запасами в 700 тыс. унций золота и ресурсами в 100 тыс. унций.

Отметим, что крупных проектов на Дальнем Востоке компания в ближайшие годы не планирует. После анонсированной покупки золоторудного проекта «Кызыл» в Казахстане с запасами 6,7 млн унций золота с содержанием 7,5 г/т запасы Polymetal вырастут на 50%, и, как уже заявил генеральный директор Виталий Несис, «аппетит компании» практически удовлетворен.

 

Теряем устойчивость

В обзоре российской и мировой золотодобывающей отрасли, подготовленном Союзом Золотопромышленников России в апреле этого года отмечается, что произошедшее весной прошлого года падение мировой цены на золото привело к резкому снижению доходности, а во многих случаях и к убыткам, практически все крупнейшие компании. Член правления Союза золотопромышленников России Михаил Лесков в своем докладе на конференции МАЙНЕКС ДВ, состоявшейся в конце апреля в Хабаровске отметил, что «неважная ситуация» почти у всех представителей отрасли. Впрочем, даже в период бурного роста цены на золото, издержки компаний росли еще быстрее, хотя большая часть рынка этого не замечала. «Объективно, в любом секторе, который испытывает бум, растут издержки. Как правило, это происходит потому, что у контрагентов, у поставщиков возникает уверенность в том, что работающие в отрасли компании получают «сверхприбыли». И, следовательно, все их партнеры и подрядчики желают перераспределить эти сверхприбыли в свою пользу. Повышают цены на оборудование, комплектующие, на сырье, ГСМ, услуги. К этим же «сверхприбылям» присматривается государство, которое стремится расширить налогооблагаемую базу — в некоторых странах, например, в Монголии и Австралии, даже был введен налог на такие «сверхприбыли», якобы, получаемые всеми компаниями при росте цен на металлы сверх какого-то уровня. Когда спохватились и отменили — было уже поздно», — рассуждает он.

Есть и еще одна пугающая тенденция — многие годы и в России, и в мире в целом практически не открывается новых крупных объектов, не вводятся в оборот месторождения с высоким качеством сырья. Большую часть «открытий» последних лет составляли хорошо известные ранее, средние по качеству объекты, доразведанные и переоцененные под возраставшие цены. Сейчас они являются одними из наиболее проблемных активов: транспортные плечи и издержки растут, содержания металлов в разрабатываемых месторождениях падают, доля упорного сырья в общем объеме запасов постоянно — и довольно резко — возрастает.

Опасной тенденцией в России является и массовый уход с рынка компаний, занимающихся россыпной добычей. «При своей внешней малозначимости они играют огромную роль. Поддерживают инфраструктуру там, где кроме них никто не работает. Многим начинающим добычу компаниям – в том числе рудным — было бы неимоверно более трудно, если бы не доброе соседство небольших россыпных производств. Да и геологоразведке, по большому счету, тоже не на кого рассчитывать в качестве опоры на удаленных территориях, кроме как на россыпников. А помимо этого россыпные предприятия готовят рабочие и инженерные кадры, геологов и буровиков, бульдозеристов и экскаваторщиков, технологов и управленцев, которые порой довольно быстро «вырастают» из короткой карьерной лестницы малых предприятий и потом получают возможность карьерного роста в крупных компаниях», — делится своими наблюдениями Михаил Лесков.

Сокращение россыпной добычи, которое на протяжении последних 15 лет происходит из-за ряда факторов, отразится и на крупных компаниях, они это уже почувствовали, уверен собеседник. При ухудшении самочувствия малых золотодобывающих предприятий возникает эффект домино: «если снижается активность россыпников, моментально падает объем геологоразведки в тех же регионах, соответственно, не растет база новых качественных месторождений, которые потом могли бы приобретаться крупными компаниями, а сейчас ведь им взамен отработанных объектов в России уже фактически приобретать нечего, приходится думать об уходе за рубеж!»

Из 650 добывающих компаний, работавших в отрасли в 2000 году (а более 500 из них тогда были россыпными и небольшими), к 2014 году осталось менее 430, причем сокращение  — более чем на 50%! — затронуло именно россыпные и мелкие компании. «Если представить себе отрасль в виде конуса, где узкий круг крупных компаний опирается на массивное основание небольших предприятий, то приходится отметить — основание этого конуса стремительно сокращается. Это пугающая тенденция, быстро ведущая к потере устойчивости всей отрасли», — заключает эксперт.

При этом у государства до сих пор нет четких правил, нет четкого общего видения ситуации, сходятся во мнении представители отрасли. С одной стороны, предпринимаются меры по введению «налоговых каникул» и налоговых скидок для новых строящихся проектов, по упрощению порядка лицензирования для поисково-оценочных и иных геологоразведочных проектов на Дальнем Востоке и в Сибири. С другой стороны, постоянно присутствует «презумпция виновности», с точки зрения которой действуют все эти нормы в отношении предприятий горно-геологической сферы. «Нередко полезные и нужные действия одних государственных ведомств парализуются или нейтрализуются действиями других. Сами подзаконные акты содержат массу трудновыполнимых условий и ограничений. Все это как бы делается «на благо предприятий» и «в борьбе с потенциально недобросовестными недропользователями» и пока не создает эффективной базы даже для сохранения действующих средних и малых, в том числе россыпных предприятий. Тем более — пока, увы, нет оснований для разворота тренда и для начала роста их количества. А качества без количества, как известно, не бывает», — считают в Союзе золотопромышленников.

 

Вадим Пасмурцев




Динамика цен на топливо по Хабаровскому краю (розница)